20 Марта, Среда, 16:07, Воронеж

Тульско-елецко-воронежская змейка журфаков образовала «тропу доверия» в «Аргамаче»

Холмы и ущелья. Глина и кружева. Средневековье и современность. Воронеж, Тула и Елец. Продолжение проекта «Донпресс» — в репортаже «P.S. – 5 сов».

День первый. Как после споров о журналистском образовании мы пошли на дно Мирового океана


В археологическом парке «Аргамач», расположенном в Елецком районе Липецкой области, «совы» раньше не бывали. Но как только наш «соболь серебристый» въехал на территорию комплекса, сразу стало понятно, что мы на месте: справа виднеются круглые белые юрты, слева по-хозяйски встречает гостей палеолитическая Венера. Дорога под колёсами усеяна камнями, отсылающими, как можно догадаться, к каменному веку. Этому периоду посвящена добрая часть экспонатов «Аграмача».

Но обзорная экскурсия будет позже, а для начала участников проекта «Донпресс» ждёт мастер-класс главного редактора информационно-справочного портала «LipetskMedia» Максима Тарасова. В ожидании спикера согреваемся травяным чаем и изучаем основное место нашего пребывания на ближайшие сутки – кабак «Воевода Мясной». Названо заведение так, кстати, в честь реального исторического персонажа – елецкого воеводы Ивана Мясного.

Наконец, в кабаке появляется Максим Тарасов, и встреча, призванная добавить в нашу экспедицию профессиональную составляющую, начинается. Спикер сразу четко обозначил свою позицию по поводу обучения на журфаке, обратившись к студентам:

— Чуваки, вы несчастные люди. Знаете, почему? То, чему вас учат, не будет востребованным, когда вы выпуститесь.



Столь категоричное мнение спикера влечёт за собой жаркую дискуссию о качестве образования, получаемого на факультетах журналистики. Преподаватели, прибывшие в «Аргамач» во главе студенческих делегаций, возражают спикеру: многие из обучающих молодых акул пера специалистов как раз-таки обладают богатым практическим опытом, который помогает студентам эффективно освоить прикладную сторону будущей профессии. Да и роль теоретических знаний недооценивать нельзя. В спор вступает и гостья встречи, главный редактор елецкой районной газеты «В краю родном» Маргарита БЫКОВА:

— Бывает, что у человека не всё получается, но у него есть вкус, любопытство. И я начинаю с ним работать. А журфак, красный диплом… Не в этом дело!

Этим словам Максим Тарасов просит даже поаплодировать, прерывая страстную полемику аудитории. Постепенно голоса участников утихают, тем самым сводя на нет динамичный темп мастер-класса. Напоследок главред «LipetskMedia» даёт несколько советов по поводу развития проекта «Донпресс», а кабак тем временем уже наполняется аппетитным ароматом первого, второго и третьего – впереди обед. Правда, и с ложками в руках студенты и преподаватели продолжают обсуждать прошедшую встречу: что же важнее — теория или практика?

Недолго думая, после встречи с Максимом Тарасовым мы все, как и завещал спикер, продолжили просто жить. Даже при условии, что в дипломе у нас через несколько лет будет записано что-то со словом «журналистика». Так что дальше мы спокойно и с полными после обеда желудками отправляемся на экотропу – черпать из красот природы вдохновение для будущих текстов. Одним из пунктов нашего маршрута, кстати, станет спуск на дно Мирового океана. Во главе с генеральным директором археологического парка «Аргамач» Александром Голотвиным мы змейкой из тульско-елецко-воронежских студентов движемся к загадочному ущелью. И всё, что мы на данный момент понимаем, — лучше бы добраться туда до темноты.



Вскоре первенство перехватывает пёс Арбуз. Наверное, он думает, что это он здесь директор, потому что сопровождает нас на всём пути и прокладывает дорожку вперёд самого Александра. Правда, безусловно доверять Арбузу всё же не стоило. Пытаясь его сфотографировать, мы движемся по дорожке, которую он нам обозначает. Оборачиваемся и понимаем, что пёс нас вёл не туда. Главное, успели во время спохватиться и найти «правильного» директора.



Через какое-то время ровная тропинка среди поля сменяется мостом через реку Пальну, а потом и крутыми подъёмами и спусками. Кто-то спотыкается ещё до того, как ступает на мост.

— Ну вот, нам сейчас перебираться через реку, а у кого-то возникли проблемы уже на суше, — шутит Вика МОРОЗОВА.

Арбуз преодолевает мост очень быстро и без препон. Конечно, у него-то четыре лапы, а мы движемся на своих двоих! Споткнувшейся до начала моста была я.



Пока мы добираемся до каменных глыб, которые раньше располагались на дне Мирового океана, уже наступает закат. В золоте дубового леса мы то поднимаемся, то спускаемся вниз. Всё так же змейкой. А некоторые её элементы объединяются: и теперь экотропа плавно перетекает в тропу доверия. Потому что элементы змейки держатся за руки, так что если падать на дно и каменные глыбы, то только всем вместе. Но мы не упали. Спустившись в ущелье, каждый находит занятие, что называется, по душе: кто-то пытается в «каменных узорах» рассмотреть фигуры, кто-то устраивает фотосессию. А кто-то разглядывает и собирает мох. Ох уж эти биологи.



Возвращаться назад предстояло через реку… вброд. Мы сначала тоже испугались. На самом деле, у реки нас ждала машина, воду мы преодолевали все вместе в кузове. Ещё одна тропа доверия: держимся за руки и боимся перевесить машину назад. Нас примерно 12 «в лодке», не считая собаки… Арбуза мы и правда не считаем. Потому что лезть с нами он категорически отказывается. Ну что ж, местного директора заставлять мы не вправе. Реку успешно пересекаем, Арбуз плывёт за нами, атмосфера единения ощущается непосредственно: мы все кричим Арбузу подбадривающие слова и болеем за него всем нашим кузовом. Реку «местный директор» переплывает всё так же без препон.

— Смотрите, как легко у него получилось. А вы вот не захотели вброд, — говорит Александр ГОЛОТВИН. Конечно, не хотели, ведь проблемы с передвижением возникли ещё на суше!

Часть «лодки» пересаживается на вторую машину, которая ждала по ту сторону. Возвращаемся в кабак, любуясь мягкими красками опустившегося на холмы вечера. Ещё голубое небо с розовыми, как румянец на наших холодных щеках, лепестками облаков постепенно темнеет. Но мы не устали и, настроенные решительно, едем постигать искусство лепки из глины и кружевоплетение.



Тульско-елецко-воронежская змейка переместилась за стол. Здесь нас ждали Роман Еремеев и Татьяна Болдырева. И снова задание не из лёгких. Сейчас мы будем лепить свистульки, а потом приступим к кружевоплетению.

Пока не верится, что мягкий шар глины превратится в певчую птичку. Но шаг за шагом они и правда у всех получаются. Но тут уж кто на что оказался горазд… У меня что-то похожее на петуха (и морского котика), у кого-то голубь, за столом обнаруживаются куропатка и царевна-лебедь. Последняя, кстати, сначала была похожа на тюленя. В общем, глина была у всех одна, а результат, из неё слепленный, разный. В нашем птичнике каждый вырезает на своей свистульке первые буквы имени и фамилии. Теперь сделать вид, что морской котик – не моё творение, не получится.



Но всё это ещё полбеды, дальше наступает момент истины.

— Теперь птички должны засвистеть, — говорит Роман, — давайте я вам сейчас покажу, какие отверстия правильно сделать и где… И сделаю сам.

Естественно, наши питомцы были достойны только рук профессионала, но мы-то чем не профессионалы? Рискнули.

— Главное, верить, что птичка засвистит! – подбадривает Роман.

Так мы верим! Но вот у Вики почему-то не свистит и не свистит.



Ни у кого, кто решился заставить петь свою фигурку самостоятельно, сделать это не получилось. Доверяем Роману исправлять наши смелые эксперименты. Теперь весь птичник «при голосе». И пока он сушится, мы отправляемся пробовать себя на новом поприще. И если с глиной мы хоть как-то подружились, то с кружевом отношения складывались натянуто… Прямо как нитки на коклюшках.



Формальная часть программы окончена. Глиняные свистульки уже не поют – уснули и теперь набираются «твёрдости характера», чтобы завтра журфаковцы в целости и сохранности привезли их домой. Во дворике перед кабаком участники «Донпресса», собравшись вокруг большого костра, беседуют с представителем воронежского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Александром Никитиным. На улице всё холоднее, поэтому, когда разговор о проблемах историко-культурного наследия подходит к концу, каждый, как может, пытается не замёрзнуть: одни отправляются париться в баню, другие согреваются танцами. Вечерняя жизнь кабака «Воевода Мясной» насыщенна не менее, чем дневная. Сегодня – уж точно. Пора взять в свои руки вечеринку триумвирата журфаков (и микрофон):

— Друзья, заказывайте любимые композиции в нашей «Музыкальной шкатулке», — обращаемся к сидящим за столом студентам и сотрудникам «Аргамача».

Поначалу несмело, а затем во всей красе раскрывают участники «Донпресса» свои музыкальные предпочтения: Михаил Шуфутинский, «Звери», «Дискотека авария», Григорий Лепс…Даже о Надежде Кадышевой не забыли – развернулась русская душа на елецких просторах. Говорят, кто хорошо работает, тот хорошо отдыхает. Разве после такой дискотеки могут быть сомнения в том, что сегодня «Донпресс» поработал на славу?

День второй. Как мы заснули в Липецкой области, проснулись в Тундре, а потом оказались в Средневековье


Мы, как самая отчаянная делегация, решили ночевать в юрте. На выбор у нас была ханская (с очень красивыми коврами и перспективой спать на полу) и обычная, которая выглядела, конечно, поскромнее, но зато с кроватями и меньшей перспективой обморожения. Подкидывать дрова в печь нужно было каждый час, и наша делегация в лице сотрудницы музея-заповедника «Дивногорье», биолога Елены Чирковой с этим успешно справлялась до момента, пока мы не проснулись в Тундре в семь утра. Засыпая в Липецкой области и жалуясь на жар от печи, мы никак не ожидали, что с утра жар куда-то испарится. В общем, покинуть НЕханскую кровать было крайне сложно, так как за её пределами нас ждали ледяные объятия юрты. Но сделать это пришлось, потому что ещё сегодня нас ждали полигон историко-культурного парка «Русборг» и база военно-исторического клуба «Копье».

Полигон «Русборг» вслед за юртой встретил нас ледяными объятиями. Попутный ветер дует нам в спины, хочется верить, что это хороший знак. Пока здесь просто поле с несколькими знаковыми камнями. Но на этом месте планируется воссоздать в натуральную величину раннесредневековую крепость с тремя кварталами, посвящёнными северорусскому, южнорусскому и североевропейскому домостроению. Проект уже осуществляется на средства неравнодушных граждан и силами волонтёров, которые участвуют в строительстве лично.



А ещё здесь проходят реконструкции «Русборг», «Ладейное Поле» и «СтрЕлец». На одной из них, кстати, и случилась история, оставившая в память о себе знаковый камень:

— Реконструкторы так погружаются в историческую атмосферу, что иногда плохо воспринимают что-то новое. Однажды у них была схватка, которую снимал дрон. И вдруг один парень его копьём сбивает. Это всё записалось на видео. Дрон стоил больших денег, ремонт обошёлся где-то в 90 тысяч рублей. Прошло время, ролик выложили на YouTube, он набрал много просмотров. Даже по федеральным каналам показали. Он принес такую известность «Русборгу», что деньги, отданные за ремонт, отбились. И этот парень, которого тогда наказали, стал нашим героем. В честь этого случая на месте, где дрон «пал в бою», установлен памятник, — рассказывает управляющий археологическим парком «Аргамач» Алексей ПОПОВ.



Ледяной ветер подгоняет нас обратно к нашему «соболю серебристому», и вот мы уже движемся на базу военно-исторического клуба «Копье». За окнами пролетают жилые дома и магазинчики Ельца. Мы заезжаем во двор и…

— По-моему, нас привезли в какие-то гаражи, — восклицает кто-то из елецкой делегации. И не ошибается. Но предполагали ли мы, что внутри гаражей нас ждут лодки, прикрепленные к потолку, доспехи эпохи Средневековья и встреча с человеком, который большую часть времени посвящает исторической реконструкции? Павел СЕМЁНОВ — руководитель военно-исторического клуба «Копьё». Команда реконструкторов полностью переоборудовала здание, в котором мы сейчас находимся: участники клуба сделали крышу, повесили проектор и закрепили его… табуреткой. Чтобы не нарушать исторический антураж чересчур современным видом техники.



Павел занимается организацией фестивалей в историко-культурном парке «Русборг», а также является их непосредственным участником. Участники военно-исторического клуба «Копьё» воссоздают костюмы и оружие эпохи Средневековья. Первый выезд клуба был ещё в 1998 году, тогда команда отправилась на Куликово поле. Сейчас вплетением истории в современность в составе организации занимается 85 человек.

На данный момент Павел и члены клуба работают над созданием 18-метрового корабля викингов. Мы глазами «собираем» этот корабль по частям: в одном гараже 18-метровая основа, в другом — вёсла, уже выкрашенные в нужный цвет. Смотришь на это всё по отдельности, и даже не верится, что на этом корабле Павел с командой действительно отправятся по следам викингов. Если быть точнее, точек на карте много: и Стамбул, и Норвегия…

— После этого мы корабли поставим в музей и будем делать что-нибудь другое. Всё эпическое будет совершено, дальше только Атлантику пересекать, но это слишком уже… Это надо другой корабль строить. Морская тема – она прикольная, но это отдельная жизнь. Совсем уходить в неё я не готов.

Кстати, не только корабль будет выглядеть средневековым, но и Павел, и вся команда. Нельзя забывать, что находимся мы в клубе реконструкторов: историческая точность соблюдается и по отношению к способу передвижения, и к внешнему виду, и к оружию. «Копьё» уже не в первый раз будет бороздить моря и океаны, однако не все «мирные на суше» оказываются подготовленными к внезапному вторжению Средневековья в их жизнь. В Польше, например, при виде викингов в лице Павла и его команды рыбаки падали с лодок… Да и нередко членов «Копья» принимали не за тех: и за «Ермаковых людей», и за староверов, и за правосеков:

— Постоянно случаются какие-то смешные случаи. Однажды на мне был крест староверческий, и мы идём, а возле магазина две бабушки сидят. И одна говорит: «Ой, смотри, Мань, староверы!» А другая отметила, что какие-то мы… вооружённые. Ну, прошли мимо, стали лагерем. И что вы думаете? Вечером приходит глава сельского поселения и приглашает нас на сельский сход. А мы не понимаем, в чём дело. А глава говорит, что люди у них уже вооружаются. Оказалось, им бабушки сказали, что пришли староверы и будут всех перекрещивать. Ясное дело, люди перекрещиваться не хотят, за ружья берутся… Пришлось идти – разговаривать и объяснять, что перекрещивать никого не собираемся.

Участники, а вернее, участницы (в этот раз состав триумвирата журфаков исключительно дамский) «Донпресса» вдохновляются забавными рассказами, и реконструкция перестает казаться таким уж суровым занятием. Может, и мы, словно чудо-женщины, возьмем в руки мечи и в бой?

— Женщины в Средневековье не сражались, — пресекает наш боевой настрой Павел. — А на тех, которые сражались, смотрели, как на ненормальных. У женщины уникальная функция: если в племени погибло много мужчин, женщины могут со временем нарожать новых. А если они сами возьмут оружие и пойдут на войну, кто рожать-то будет? Племя исчезнет. У нас в клубе девушки занимаются мастер-классами, учатся ремёслам, делают костюмы, изучают историю. Готовить мы девушек не заставляем, это перебор. У нас сейчас вот Алексей готовит (управляющий парком «Аргамач» — прим. ред.). Мы вообще не против вовлечения, и оно есть: девушек много приезжает на фестивали – где-то 40 % всех участников. Но мы против того, чтобы женщины сражались. Это, во-первых, не исторично, а во-вторых, травмоопасно. Ещё и мужчинам мешают сражаться. Бывает, стукнул человека по голове, у него шлем соскочил, а это женщина. Все сразу: «Господи!». И вместо сражения у нас какая-то эвакуация – все её выносят, руками машут. Где накал? Где война? Где агрессия?

Хотя бы в тылу помогать воинам, осваивая ремёсла, мы можем. Кстати, по мнению Павла, стереотип о том, что в старину всё было лучше и профессионализма средневековых мастеров современному человеку не достичь, – не более чем заблуждение:

— Каждый из вас окончил среднюю школу, вы учили физику, химию. Среди вас нет такого человека, который не знает, сколько градусов в прямом угле. Это знания, которые сейчас есть у всех. А в раннем Средневековье не было ничего, люди всё делали «на глазок». Мастер научился, сыну показал: «Делай вот так», — это был единственный способ передачи знаний. Поэтому, когда говорят: «Вот раньше были мастера, а современный человек так не сумеет», — это неправда. Современный человек лучше любого средневекового специалиста априори. Вот сразу. Вот только в комнату зашёл – сразу он лучше. У нас несопоставимо разный багаж знаний.

Павел признаётся: жить во времена, которые сам же воссоздает, он бы не хотел. А вот ненадолго погрузиться в прошлое в целях познания мира готов охотно. Реконструкция дарит не только эмоциональную разгрузку, но и опыт общения с самыми разными людьми:

— Людям нужно неформальное общение. Человек ходит в офис пять дней в неделю, а на выходных одевается в римского легионера, берет меч и зверски долбит людей по шлемам. В понедельник приходит на работу, смотрит на всех и думает: «Эх, хорошо было». Это отдушина. Или работает человек в банке и общается в основном с банкирами. А тут поехал на фестиваль и стоит в одном строю с автослесарем и полицейским. В обычной жизни он с ними нормально поговорить не сможет. А здесь они сели вечером возле костра, проблемы жизненные обсудили. У меня в соцсетях тысяча с лишним друзей, я с каждым из них знаком. Нужна мне, например, консультация юриста – даже не надо к нему идти. Я просто на стене пишу: «Кто из вас юрист?». Раз – мне уже человек шесть в личку написали. Это очень здорово выручает. А если я куда-то еду, у меня вообще нет проблем – везде же есть реконструкторы, везде меня встречают друзья. Так же и мы делаем. Когда люди на трассе рядом с Ельцом «ломаются», они у нас тут ночуют. Это очень здорово. Мы все друг другу помогаем.

О реконструкциях Павел говорит, казалось бы, спокойно, но в его рассказах о морских походах на лодках собственной постройки, грандиозном «Русборге» и друзьях-реконструкторах сквозит настоящая любовь к делу.

— Да вы всё равно живёте в Средневековье! – восклицает преподаватель ТулГУ Марина КОВСМАН.

— Совсем нет. Люди в принципе склонны что-то изображать. Даже человек, который идёт пафосно по офису в костюме, тоже в какой-то степени что-то изображает. Кто-то в одно играет, кто-то в другое. Для меня в большей степени это история познания. Руководить военно-историческом клубом — это такая большая история про изучение мира. Я просто так познаю мир: как дети, через игру, — улыбается Павел СЕМЁНОВ.

Эти пару часов в Средневековье «играли» и мы.

Вернувшись в «Аргамач», подводим итоги завершающейся экспедиции и строим планы по развитию проекта «Донпресс». Идей много, дел ещё больше. Следующий марш-бросок – в Дивногорье. Но сначала отрабатываем практические журналистские навыки и составляем список песен для «Музыкальной шкатулки». Тропа доверия под названием «Донпресс» уходит далеко вперёд. Главное, не отпускать рук.

Виктория МОРОЗОВА
Анастасия ЕЛФИМОВА
Фото Анастасии ЕЛФИМОВОЙ

0 комментариев