21 Сентября, Пятница, 12:31, Воронеж

Художник Александр СЕЛЕЗНЁВ: "Я не замолчу"

17 ноября в Воронежском центре современного искусства прошла выставка «подземного» художника Александра СЕЛЕЗНЁВА под названием «Огонь в яме». Корреспондент «P.S. — 5 сов» пообщался с автором картин.


При взгляде на первые работы художника кажется, что примерно так выглядели события 90-х годов глазами ребёнка — сквозь призму 16-битных игровых приставок тех времен. Тогда, после развала СССР, вместе с Nintendo и Dendy в постсоветскую Россию хлынула «свобода», о которой грезила прогрессивная молодежь. Похоже, так Александр СЕЛЕЗНЁВ отразил действительность, образовавшуюся в культурном вакууме родной страны. Кстати, все его картины можно посмотреть на авторской странице «ВКонтакте».



Открытие выставки было больше похоже на уютный квартирник, где собрались только заинтересованные люди. Сидя на подоконнике, стоя у картин, гости с бокалами вина что-то живо обсуждали, делились интерпретациями, спорили. Сам Александр СЕЛЕЗНЁВ был тут же. Он производит впечатление замкнутого человека: «матовый», несчитываемый взгляд, монотонный тембр. Несмотря на это, Александр охотно согласился дать интервью нашему порталу.

— Как называется жанр, в котором вы пишете свои картины?

— Я не беру на себя смелость называть определенный жанр. Считаю, что это дело людей, которые интересуются моим творчеством. Я всего лишь рисую так, как вижу.

— Стали бы вы творить, если бы ваше творчество не было никому известно — никакой реакции аудитории?

— Я долго об этом думал. Скорее всего, да, стал бы. Ведь я живу своими картинами и просто не могу не рисовать. Однако даже сейчас, когда мои работы стали узнаваемыми, я частенько занимаюсь и другими вещами. Я подрабатываю, например, машу метлой (Александр СЕЛЕЗНЁВ работает дворником — прим. авт.). Эта работа дает мне необходимое уединение для вдохновения.

— Что вы пытаетесь донести до людей через свои работы?

— Я ни в коем случае не пытаюсь никого ничему научить — сам-то не очень умный. Искусство вообще не учит, оно ноет, как гнойник на теле общества. Такова моя позиция. Но тут дело в другом. Мои работы — это, скорее, протест тому «оскотиниванию», которое сейчас происходит в России.



— Что значит «оскотинивание»? В чем оно проявляется?

— В том, что даже немногие талантливые, способные, творческие люди тщательно «затыкаются» действующим режимом. Мне печально видеть, как «запикивают» и «замазывают» таких творцов, как Сорокин, например. Я понимаю, что никакой универсальной пилюли здесь нет и быть не может. Однако считаю, что если выбирать между цензурой и вседозволенностью, нам нужна вседозволенность. Только в этом случае у моей страны есть шанс на свою самобытную культуру, искусство.

Во время разговора один из гостей любезно предложил художнику плитку шоколада. Александр принял угощение, но в шутку заметил: «Если вы думаете, что это утихомирит меня — не надейтесь, я не замолчу».

Денис НЕСТЕРОВ
Фото автора и из группы встречи

1 комментарий

kolmakovvb@mail.ru
Необходимый комментарий.
В конце вынесенных в заголовок интервью слов «я не замолчу» явно не хватает восклицательного знака. А что, кто-нибудь затыкает ему рот? Или грозное «я не замолчу» означает заявку, что в будущем стены галерей будут постоянно заполняться произведениями названного живописца в нарастающем темпе? То, что он рисует – отражение и продолжение мрачного внутреннего мира, который он отождествляет с миром вокруг, возможно, оттого, что, как сам признается, что «сам-то не очень умный». Перед нами типичный пример «подпольного» человека, столь проникновенно описанного в свое время Ф.М. Достоевским. Будучи художником, он, кажется, убежден, что и его общественные взгляды должны быть интересны широкой публике. Художник потому и художник, что не нуждается в дополнительных манифестациях своих идей и чувств – ему хватает холста. Селезневу не хватает. Из его самопрезентаций в интернете следует, что он поклонник оригинального куплетиста Быкова и что свободы ему мало, потому что режим тиранический. И уж совсем забавное впечатление производит высказывание «подпольщика» о том, что «немногие талантливые, способные, творческие люди тщательно «затыкаются» действующим режимом». А почему режим его самого не «затыкает», несмотря на сделанное с вызовом заявление? Ситуация смахивает на известный советский анекдот про ковбоя Джо, которого почему-то никто не ищет…
В качестве примера подавления свобод он приводит Сорокина. Интересно бы узнать, какого? Есть целая династия художников по фамилии Сорокины, хорошо известная в позапрошлом веке. Многие знают советских художников – Ивана и Виктора Сорокиных. Но скорее всего речь идет о побочном продукте перестройки – писателе Сорокине, происходящем из того же подполья и явно страдающем копрофилией, при этом не забывающем излить свои позывы на бумагу. Наконец, Селезнев делает выбор – он сторонник вседозволенности, которую он противопоставляет цензуре. Вывод вполне ожидаем: угнетенный внутренний мир иного породить не может.
Итог – внутренняя пустота, предопределяющая, что берущемуся за кисть подпольщику нечего предложить страждущим приобщиться к живописи в заведении, которое называет себя центром современного искусства. Впрочем, найдутся люди, которые повесят эти изображения себе на стены и будут созерцать. Кто же против? Остается лишь добавить: чтобы создавать произведения искусства, следует как минимум обладать талантом и вкусом…