20 Октября, Суббота, 17:52, Воронеж

"Джазовая провинция": танцы и слезы. Часть первая

«Джазовая провинция» в культурной столице СНГ проводится далеко не в первый раз. Фестиваль заметно растет с годами — появляются новые площадки для исполнителей, расширяется концертная программа, а джаз приобретает новых поклонников. Корреспонденты «P.S. — 5 сов» побывали на концерте 2 ноября, и им есть, чем поделиться.


Бессменный ведущий концертов «Джазовой провинции» Кирилл МОШКОВ, главный редактор издания «Джаз.ру» заметил:

— Каждый год в числе выступающих присутствуют воронежцы. Это, несомненно, важно: есть люди, которые создают искусство здесь. Теперь Воронеж отмечен на джазовой карте России. А в этом году в городе появился джазовый оркестр, включающий в себя три секции духовых инструментов: трубы, тромбоны и саксофоны.

BIG BAND по-воронежски

Филармонический джазовый коллектив «BIG BAND», художественным руководителем которого является саксофонист Сергей Борисов, получил почетное право открыть программу 2 ноября.

— Мы рады видеть вас в таком большом количестве, — обратились музыканты к зрителям.



По ходу исполнения к оркестру присоединилась вокалистка Карина Кожевникова — участница программы «Большой джаз» на ТК «Культура». Она сумела влюбить в себя зал за четыре исполненные композиции. Карина порхала по сцене, взмахивала руками и самозабвенно пела. В какой-то момент один из саксофонистов поднялся со своего места и исполнил умопомрачительное соло, которое вызвало бурные аплодисменты публики. Сергей Борисов тоже не расставался с саксофоном, успевая еще и дирижировать. После яркого выступления BIG BAND зрители окончательно проснулись.

Суровый джазовый экспериментатор Hakon Kornstad

Снова заговорил Кирилл МОШКОВ:

— Следующий исполнитель — Хокон Корнстад (Hakon Kornstad). Его музыка далека от джазового мейнстрима. Музыкант уже приезжал на «Джазовую провинцию», также выступал на фестивале «Усадьба Джаз» в Москве.
Три года назад мы познакомились в Норвегии, — продолжил Кирилл. — На шоу-кейс показывали различных джазовых артистов специалистам, приехавшим из разных стран. Нас привезли в музей народного быта, который оказался старинной фермой XVII века. Огромный амбар при ферме был превращен в зрительный зал (всего здесь помещалось примерно 36 человек). В числе прочих показали музыканта, который был мне знаком. Его представляли как сурового джазового экспериментатора и одного из самых сильных норвежских саксофонистов. Он показал нам, как записывает несколько голосов саксофона в луп-станцию. Инструмент был с маленькой оперативной памятью, и поэтому, как объяснил нам Хокон, нужно с осторожностью относиться к каждой записываемой партии. Помимо импровизации на саксофоне параллельно записанным партиям артист запел. Сразу стало понятно, почему его программа имеет название «Битва теноров». Он играет на теноровом саксофоне и при этом поет оперным тенором! Позже в Осло он занимался с педагогом и в его программе появились новые интересные элементы.



Хокон Корнстад выглядел на сцене настоящим инопланетянином. В отличие от всех остальных музыкантов он выступал один. С ним был саксофон, флейта и еще какое-то загадочное приспособление, похожее на музыкальный пульт — так называемая луп-станция. Это устройство заменяло ему целый бэнд (большой джаз-оркестр): Хокон записывал музыкальные фрагменты прямо во время выступления и тут же использовал их для создания уникальной, ни на что не похожей музыки. Но самым сильным инструментом Корнстада был его голос. Зал филармонии наполнился объемным оперным тенором, и слушатели совсем затихли. Когда Хокон пел, он оставлял саксофон в руках, держа его у груди, словно маленького ребенка или бесценное сокровище.

Проигрыши становились всё значительнее и тише, а в какой-то момент Корнстад закрыл глаза и… засвистел. Стояла глубокая тишина, не гробовая, а как будто даже священная. Прекратились даже щелчки затвора, фотографы замерли у сцены. Весь зал слушал этот непринужденный, но исполненный смысла свист.

Аплодировали Хокону Корнстаду долго и искренне. А он так же искренне, скромно улыбался, вдруг превратившись в обыкновенного землянина.

Комфортные DIDA PELLED TRIO

— Наше географическое путешествие по мировому джазу продолжается, — вновь появился на сцене Кирилл МОШКОВ. — Казалось бы, небольшая страна на ближнем Востоке — Израиль, но она имеет свою собственную, притом немаленькую джазовую сцену. Часто музыканты из Израиля едут продолжать свое образование в США. Пожив в Нью-Йорке, они «оттачивают зубы» — набираются джазового опыта, ведь именно там живет самое большое количество музыкантов на свете, происходит потрясающий обмен идеями. В Израиле много музыкантов, имеющих именно такой профессиональный опыт: они соединяют музыку, с которой они познакомились в Америке, с музыкой своей собственной страны. Таким образом происходит необычное слияние культур.



Второе отделение открыла группа «DIDA PELLED TRIO». Немного о составе команды: Dida Pelled — вокал, гитара; Ark Ovrutski — бас (кстати, участник родом из Киева); Dan Aran — барабаны.

Первая песня началась со слов «My name is Dida» — своеобразное одностороннее знакомство удалось. Контакт установлен. Голос вокалистки показался странным, каким-то необычным, как и сам стиль исполнения. Но это не отталкивало, а наоборот, привлекало. Замечаю пару, которая в обнимку расположилась на креслах. Видимо, после «беспокойного» и зачастую громкого первого отделения Диде удалось всех привести в состояние абсолютного умиротворения. Комфорт, уют и спокойствие — так можно описать их сет.

Было заметно, что эта музыка для Диды значит очень многое. Она приподнимала брови, заново удивляясь каким-то воспоминаниям, иногда на ее глазах даже появлялись слезы, но затем она широко-широко улыбалась. Металлическая вставка на ее гитаре отбрасывала теплый солнечный зайчик.

Музыканты предложили увезти с собой не только воспоминания об их коротком выступлении, но и диски с записями их альбомов: «You can take our music with you!»



Во время небольшого перерыва, который потребовался для перестановки инструментов, Кирилл МОШКОВ рассказал о том, почему это так необходимо:

— Самый честный инструмент — барабан. Барабанщики по-разному ударяют по нему, даже палочки у всех разные: кто-то выбирает для себя тяжелее, другие — наоборот. Все возят с собой свое «железо» — тарелки. Инструмент подбирается годами. И даже тарелки одного и того же представителя звучат по-разному. Очень сложно подобрать «своё». Этот процесс можно назвать поэзией. В джазе ценится индивидуальность звучания.

Бразильский дух SANTIAGO FERREIRA BAND

Завершил «забег по джазу» интернациональный коллектив «Santiago Ferreira band». Все собрались в одном и том же городе, где живут и работают. Два бразильца поселились в Праге и нашли себе единомышленников. Один из них играет на нескольких духовых инструментах: трубе, флейте и саксофоне.



— Вы здесь сидите, по-видимому, очень долго. И я просто хочу передать вам немножко энергии, — небезосновательно заметил Сантьяго Феррейра, фронтмен последней выступающей группы.

Энергичные «Santiago Ferreira band» быстро вернули зрителю зажигательное настроение. И даже заставили танцевать! Две девушки из зала решили подать пример другим и, поднявшись на сцену, станцевали под бразильскую интерпретацию «Катюши». Словно после чашки кофе, зал взбодрился и стал пританцовывать на местах. На достигнутом Сантьяго решил не останавливаться и спустился в зал лично, после чего исполнил что-то похожее на латину с еще одной зрительницей. Зал заискрился.

«Can we take a photo, please?»

Контакт «сцена — зал» был достаточно условным. Все выступающие продолжили общение со зрителями прямо в холле филармонии. Музыканты с удовольствием фотографировались с новыми поклонниками, раздавали автографы и отвечали на вопросы. С английским не у всех был порядок, но банальные «hello, talant, photo» были доступны каждому. Мы задали вопрос Диде Пеллед (конечно же, про Россию) и вот что она ответила:

— Я тут всего лишь два дня, но я уже поняла, что Россия очень отличается от всех других мест, в которых я была, так что это очень любопытно. Совершенно другой менталитет, совсем другая природа… Много хороших и красивых людей. Здесь здорово! Пока это все, что я могу сказать!

А вот восторженные после концерта воронежцы были более многословны:

— Больше всего меня поразил музыкант из Норвегии. У него был свой подход, что-то такое, чего мы еще не слышали. Интересно было видеть, как он при нас записывал все на луп-станцию и тут же воспроизводил. Плюс к тому, он еще так шикарно пел! И свистел! Зал даже притих, потому что всем это было в новинку. Еще ребята из Бразилии зажгли в конце, так танцевали… – рассказывает Дарья Камцева.

— Мне нравится все, что делает «Джазовая провинция». Они все время ищут что-то новое, приглашают музыкантов из разных стран. Это просто восторг! Бразилия покорила меня. И саксофонист норвежский, Хокон Корнстад. Он и музыкант, и поет потрясающе, и этот его художественный свист… Здорово! Музыканты выступали по 30-40 минут, но за это время не устаешь. Наоборот, думаешь: «Что, все?! Так быстро закончилось?» И наш русский «BIG BAND» от филармонии достойно выступил, порадовали. С удовольствием пойду в следующем году, — улыбается Александра Рокова.

В завершение концертной программы Кирилл МОШКОВ не стал торжественно прощаться, ведь мы расставались всего на сутки. «Завтра также в семь», — говорит он слушателям, как давним друзьям. Посмотрим, что готовят нам следующие выступления.

Анастасия ПАЛИХОВА
Анастасия ЕЛФИМОВА
Фото Анастасии ПАЛИХОВОЙ

Часть вторая

0 комментариев