10 Декабря, Понедельник, 18:20, Воронеж

Студенты расспросили Евгения Ревенко о пенсионной реформе, зарплате депутатов и журналистской деятельности

28 ноября проект «Школа Парламентаризма» собрал студентов ведущих вузов Воронежа на встрече с депутатом Государственной Думы, заместителем секретаря генерального совета ВПП «Единая Россия» Евгением Ревенко. Ребята задали спикеру насущные вопросы и получили прямые ответы.


Что такое «Школа Парламентаризма»?


Это площадка для диалога между молодёжью и властью. Здесь учатся и развиваются люди абсолютно разных политических взглядов. Далеко не все из них являются сторонниками «Единой России» и членами «Молодой гвардии» (именно эта организация руководит деятельностью «Школы»). По словам создателей проекта, его основная цель — не вовлечь участников в конкретную политическую партию, а обеспечить прямое общение с политиками, депутатами, известными личностями.

Встречи «Школы парламентаризма» проводятся по всей стране. В этом году количество желающих участвовать в проекте составило 32 000 человек. Но попадают в него не все: для начала необходимо успешно пройти собеседование. Так, самый высокий конкурс в этом году был в Москве — 36 человек на место.

— Молодежная политика — это очень важное направление. Поскольку мы считаем необходимым предлагать молодежи те инструменты, те институты и те лифты, которые помогут ей реализовать себя. На мой взгляд, самореализация — это самое важное в жизни молодежи. Нам очень важно работать с молодежью и очень важно обеспечивать социальные лифты. По-другому ничего не работает, — этими словами Евгений РЕВЕНКО начал свою встречу, после чего перешел к интенсивному диалогу со студентами, в ходе которого спикеру были заданы разного рода вопросы.

Одним из первых был вопрос о законопроекте «об административном наказании за вовлечение несовершеннолетних в несанкционированные уличные акции», в число авторов которого входит Евгений.



— Не кажется ли вам, что данный законопроект может, наоборот, усилить протестный потенциал в молодежной среде?

— Уже сейчас могу сказать, что будет внесена поправка в формулировании законопроекта. Из «несанкционированные акции» станет «незаконные акции».

На мой взгляд, требование ко всем взрослым соблюдать законодательство РФ и не допускать возможности подбивать молодежь нарушать законодательство РФ справедливо. Мы с вами должны соблюдать законы нашей страны. И данный законопроект не должен провоцировать протест, так как…

Во-первых, он не направлен против детей и несовершеннолетних. Он не вводит никакой ответственности для несовершеннолетних. Данный законопроект не направлен и против родителей, так как не вводит никакой ответственности и в отношении них. Во-вторых, он не регулирует проведение массовых акций.

Данный законопроект вводит административную ответственность за действия, которые производят совершеннолетние лица, пытаясь подбить несовершеннолетних нарушить действующее законодательство. И ни в коем случае мы не подвергаем никакому сомнению 31 статью Конституции о праве выражать свое мнение в любой законной форме.

На соблюдении права держится любое общество. И мы не в праве расшатывать стержень, на котором все держится. Поэтому я рассчитываю, что в начале декабря мы подойдем ко второму чтению этого законопроекта, и достаточно скоро подойдет третье чтение. После чего законопроект направится в Совет Федерации и до конца года вступит в юридическую силу.



Аудитория состояла из студентов, но участники, конечно, не обошли стороной и вопрос о пенсионной реформе.

— Зачем нам нужно поднимать пенсионный возраст? Неужели не хватает тех налогов, которые мы платим практически за все?

— Когда мы принимали решение о поднятии пенсионного возраста, оно действительно было сложным для каждого из нас. Поскольку я проголосовал за повышение пенсионного возраста в том числе и себе. Я проголосовал за повышение пенсионного возраста своей жене, своему ребенку. И они абсолютно ничем не отличаются от вас. Тем не менее это сделать пришлось, потому что такова система в нашей стране. И такова демография, к сожалению, которая складывается и сейчас.

Самый важный момент: наша пенсионная система является солидарной. Ее автором стал Бисмарк еще в конце 19 века.

В самый горячий период дискуссии у нас всегда находятся активисты, которые рвут на груди рубаху и кричат: «Я всю жизнь платил большие налоги, где моя пенсия?! Отдайте мне мои накопления!». С прискорбием сообщаю вам, если вы этого не знали, никаких накоплений от тех выплат, которые делает за нас работодатель, не существует. Все эти деньги идут на скромное содержание наших пенсионеров.

Мы оплачиваем пенсии, и чем меньше работающих, тем хуже жить пенсионерам, или же нам надо больше платить, чтобы их жизнь улучшилась. Как видите, все очень просто.

В советское время было соотношение 1:4. Один пенсионер на четыре работающих, и отчислений от этих работающих более или менее хватало, чтобы обеспечить достойную жизнь одного пенсионера. Сейчас население страны — 147 миллионов человек. 46,6 миллионов – пенсионеры. Это практически треть населения (в Воронежской области пенсионеры составляют 31%). При этом экономически активного населения около 50 миллионов человек. Все остальные не являются экономически активным населением. К сожалению, мы приходим к режиму практически 1:1.

Вариантов, при которых наши пенсионеры жили бы достойно, не так много. Всего три: повысить налоги, понизить пенсии, повысить пенсионный возраст. У нас налоги уже высокие. По многим показателям выше, чем в других странах. Куда еще выше? Пенсии низкие. Ничего иного, кроме как повысить пенсионный возраст, нам не остается.

— В данный момент средняя заработная плата депутата составляет 400 тыс. рублей. Это примерно в 13 раз выше средней заработной платы обычных россиян. У вас настолько сложная работа?

— Вопрос с понятным подтекстом и с понятным настроением. Совершенно верно, есть более сложные работы, есть более высокооплачиваемые работы. До избрания депутатом Государственной Думы я занимался более сложной работой, как мне кажется, и получал за это большие деньги. Я зарабатывал больше, чем зарабатываю сейчас, причем занимался не бизнесом. Поэтому эти разговоры от лукавого. Потому что, конечно, можно поругать депутатов за высокую заработную плату. Но давайте порассуждаем. Существует рынок, где таких, как я, достаточно много. Высококвалифицированные адвокаты, экономисты, юристы. И вопрос в том, сможете ли вы набрать качественно выполняющих работу людей, которые будут принимать хорошие законы за 30 тысяч рублей?

— Вы брали интервью у террориста Шамиля Басаева. Как это было?

— Это было давно. Находясь в московской редакции, я смог дозвониться в захваченную боевиками больницу в Буденновске в 1994 году. Мне дрожащим голосом ответила женщина: «Справочная ординаторская». Я попросил позвать Шамиля Басаева, она сказала, что он где-то в хирургической, и дала мне номер. Я позвонил, и да, со мной действительно поговорил Шамиль Басаев. Какие я мог испытывать чувства к человеку, который держит в заложниках под тысячу больных людей, кроме нечеловеческой ненависти? Но такова наша профессия, такова наша работа, когда нам приходится в вежливой форме задавать вопросы тем, к кому мы испытываем не самые лучшие чувства. И я испытал эмоцию глубокого удовлетворения, хотя нельзя так говорить, когда узнал о том, что Басаев ликвидирован. Я посчитал, что это справедливо, потому что на его совести кровь многих и многих, но это произошло через несколько лет.

— Вы работали журналистом в Югославии во время военных действий. Можете рассказать об атмосфере, которая тогда там была?

Это, прежде всего, человеческие страдания. Страдания простых мирных жителей. Строго говоря, в моей жизни с того момента не сильно много изменилось, поскольку я не гонюсь за количеством законодательных актов, которые мне необходимо принять или выступить автором. Я считаю, что моя главная задача — помощь людям, конкретная и прямая.

Во время Югославской войны однажды мимо меня пролетела ракета. Я видел, как она шелестит, такая сигара. Даже не понял сразу, что это ракета, почему-то показалось, что летела достаточно медленно, а упала она в 500 метрах от нашей гостиницы.

Это разрушенная инфраструктура, разрушенные мосты. Знаете, это война, только картинка не черно-белая, а цветная. И ты не понимаешь, как ты здесь оказался.

Сложно работать в местах чудовищной, невероятной концентрации горя. Потому что тебе приходится все пропускать через себя. Я помню: Грозный, широкая автомобильная дорогая, по которой навстречу мне шли люди — это были беженцы. Люди покидали город, потому что его захватили боевики. Вертолеты, авиация, артиллерия. И я видел стариков, которых везли в строительных тачках на одном колесе. Старики не могли ходить, и так их вывозили из города. На это страшно было смотреть, хотелось плакать. Рядом со мной шла женщина и рыдала. Шла с нами в город, где стреляли, где опасно. В какой-то момент мы остановились, включили камеры и спросили: «Зачем вы туда идете? Там убивают, все идут в обратную сторону». Она, рыдая, сказала: «Вот там у меня дочка, она рожает». Эта женщина зарыдала и пошла дальше. А в этот момент я подбирал с дороги осколки, которые обжигали руки. Там было страшно, там действительно убивали. Это то человеческое горе, которое не передать словами. И мне очень не хотелось бы, чтобы кто-то переживал и испытывал подобное.

Надежда ГУСЕВА
Фото автора

0 комментариев