19 Сентября, Четверг, 15:27, Воронеж

Максим Горохов: «Сложно придумать что-то круче, чем бывает в жизни»

Журналист, редактор «Комсомольской правды-Воронеж» и преподаватель факультета журналистики ВГУ Максим ГОРОХОВ дебютировал как писатель с книгой «Слово — автору». В ней он собрал свои беседы с писателем-публицистом Александром ЛАПИНЫМ. Корреспондент «P.S.—5 сов» обсудила с автором писательский процесс, самореализацию и то, кто же всё-таки настоящий творец?



– Насколько известно, это первая ваша авторская книга?

– Раньше я имел опыт составления публицистических сборников. Это были статьи из рубрики «Русский вопрос». Я следил за тем, чтобы она вовремя наполнялась материалами, сотрудничал с авторами. Тот же Лапин регулярно публиковался там. На основе этой рубрики мне приходилось компоновать некоторые сборники. Это же первая книга, где я выступил автором. Она основана на беседах с героем, и в ней обобщены статьи писателя за несколько последних лет.

– Как долго вынашивали идею книги?

– Идея возникла довольно спонтанно. Накопилось много материала, бесед о жизни, творчестве, как журналистском, так и литературном. Возникла мысль представить всё это в виде связного повествования, придать структуру. Потому что, как мне кажется, там представлены любопытные размышления как в целом об общежитейских вещах, так и философских. Творческие моменты могут быть интересны тем, кто увлекается писательством или хочет представить себя как автора в тех же соцсетях. Сейчас модная тема – личный бренд, авторство, сторителлинг. Книга предназначена для широкого круга читателей: все мы в каком-то смысле авторы. Своего образа, жизни и рассказа о ней.

– Книга как бы задаёт вопрос: «Каждый ли творец?». Можете назвать этот опыт первым шагом на пути превращения вас, как журналиста, в писателя, творца?

– Вопрос философский. Все мы так или иначе вовлечены в творчество — эта мысль линией проходит через ряд фрагментов. Конечно, работа над этой книгой требовала творческих усилий, осмысления, других подходов к изложению материала. В этом смысле да, первый шаг перевоплощения, но я бы не стал сейчас применять такие громкие слова к своим скромным действиям.

– И всё-таки, вам больше по душе писать журналистские тексты или реализовывать более масштабные проекты?

– Дело в том, что последние годы я работаю с текстами других людей. Могут быть и маленькие, и большие материалы. Если говорить о своих текстах, то мне бы хотелось уйти больше в научную сферу. К примеру, развить свою научную работу по авторству публицистического текста, но в применении к современным реалиям. Творчество появляется, когда начинаешь вникать в смысл, сопоставлять факты, сравнивать с имеющимся опытом. Появляются идеи, которые хочется конвертировать в текст. Пока на это не было времени, а, может, чуть-чуть не хватало мотивации. Очень хочется верить, что в будущем я к этому вернусь. В том числе, работа над этой книгой тоже станет частью процесса, потому что здесь осмысливаются те же вопросы, как и в научной работе. Только там всё в более ёмкой форме, а тут – на конкретном примере, доступным языком. А о художественном творчестве я бы не стал сейчас говорить.

– Сколько времени ушло на сбор всего материала?

– Лет 15 мы общаемся с Александром Лапиным по разным вопросам, как профессиональным, так и жизненным. В течение этого периода мы беседовали, что-то накапливалось. Специально для книги мы проговорили эти вещи еще раз. Дополнительно обсудили технологии журналистского и литературного творчества. В книге имеется и часть, которая позаимствована из соцсетей, и публицистические выступления, и беседы. Описания сложностей или успехов, творческих находок в привязке к судьбе яркого представителя своей сферы. Так, всё вместе – набор элементов, которые с разных сторон характеризуют тему авторства. Имея всё это, почему бы не сделать то, что вышло у нас в итоге?

– То есть издание книги – инициатива не только ваша, но и героя?

– Мы посидели, подумали и совместно решили: «А давайте сделаем, почему нет? Может быть, кому-то будет интересно».

– По-вашему, есть ли у журналистов, которые становятся писателями, какое-то преимущество перед теми, кто начинает свою писательсую деятельность с художественной литературы?

– У каждого свой путь, свои склонности. Многие ребята, которые учились со мной на журфаке, будучи школьниками пытались делать какие-то литературные штуки. Мой максимум – пара стихотворений, на конкурсы или чтобы сочинения не писать. На уровне технологии я этим неплохо владею. Но желания художественно выражать своё видение мира у меня нет. Больше нравится взаимодействовать с людьми. Порой сложно придумать что-то круче, чем бывает в жизни. Наверное, даже невозможно. Сейчас мы делаем новый проект, где люди рассказывают, как пришли к Богу, как углубились в религию и стали верующими. Для этого я беседовал с одним священником. За несколько встреч он рассказал практически всю свою жизнь. И я вам скажу, это очень впечатляет. Реальные события конкретной биографии, переплетённые с духовными поисками, представлены во всей полноте. Такое не придумаешь.

— Выходит, процесс для вас важнее, чем результат?

– Я думаю, нет. Каждый процесс является неотъемлемой частью результата, который следует за ним. Это как форма и содержание – одно без другого не существует.

– Можно ли сказать, что вы и ваш респондент – похожие люди?

– В чём-то да, в чём-то нет. У нас очень разный жизненный опыт, в частности из-за возраста. Есть вещи, которые хотелось бы перенять, применить в своей практике. Мне понравились многие советы из опыта. Я думаю, читатели тоже подчерпнут что-то для себя. Поэтому да, точки пересечения есть. А полного совпадения, конечно, быть не может.

– Были ли моменты, в которых вы категорически не соглашались с Александром Алексеевичем?

– Конечно. Иначе получится, будто мы подгоняли всё под некий шаблон. Моя задача состояла в том, чтобы сохранить оригинальность, авторский взгляд, манеру общения, какие-то высказывания и словечки. Некоторые уж совсем непечатные, понятное дело, я убирал, но не нарушая стилистику и взгляд. Какие-то вещи мне не совсем близки. Мнения о нравственности, морали и религии не всегда совпадали. Интереснее, когда человек другой – обладающий своим уникальным взглядом.

– Если книга повлияла на одного человека, можно ли её уже считать успешной?

– Я думаю, что книга в любом случае влияет на человека, который её создал. Поэтому в этом смысле она уже успешна. Ведь автор реализовал свои задатки. А дальше уже не имеет значения, прочтут ли её миллионы или один человек. Основная задача книги – представить новые знания, новый опыт. А кто с ним ознакомится, от нас не зависит. Хотите читайте, хотите нет.

Яна СОКОЛОВСКАЯ
Фото из архива Максима ГОРОХОВА

0 комментариев