22 Ноября, Среда, 21:28, Воронеж

Недетское детство

Моя прабабушка Прасковья Павловна Долгих живет в окружении своих родственников: сестры, мужа, детей, уже воспитавших своих детей и ставших бабушками и дедушками. Ее мирная сегодняшняя жизнь не сравнится с тем, что пришлось пережить в детстве.


— Отец ведет нас на поле рядом с деревней. Повсюду дым. Небо сравнялось с землей, выкопав в яру ямы длиною в полтора метра. Приказывает нам залезать туда. Как воробьи в норах, мы сидим испуганные и ни в чем не виноватые. Над нами пролетает фашистский самолет и строчит из пулемета, — такими словами описывает свое детство Прасковья Павловна.

1941-й год, 22 июня. По радио передали, что началась война. В родной деревне всё идёт своим чередом. Два года было спокойно. А в 42-м пришли фашисты и вместе с ними — хаос.

Прасковья жила в большой семье: мать, отец и восемь детей. Старшую сестру Александру угнали в Германию, и 12-летняя девчушка стала главной помощницей родителей.

Оккупанты вели себя нагло и грубо, забирали все продукты, выращенные на огородах. Для устрашения ходили с плетками.

— Как обычно, вечером мы пошли встречать корову с пастбища. Все стадо было цело. А нашей кормилицы не было, — вспоминает прабабушка. — Я металась по деревне в поисках Белки, но все тщетно. В соседнем дворе стояли немцы. Знакомое «м-у-у» привлекло мое внимание, я остановилась и прислушалась. Подкралась к забору, заглянула в щель и увидела свою Белку. Не теряя ни минуты побежала за мамой. Та стремглав примчалась за коровой, бухнулась немцам в ноги и, рыдая, умоляла вернуть животное. Немцы смеялись над ней. Мать не выдержала оскорблений и бросилась на одного из фашистов с кулаками. Немец опешил — не ожидал такого выпада от беззащитной женщины. Схватился за кобуру. Мама побежала со двора. Когда обернулась, увидела дуло пистолета. Раздался первый выстрел, пуля просвистела над головой. Потом второй, третий… Мама ползком добралась до дороги. К счастью, уцелела. Вот так мы остались без нашей коровы, а впереди еще были три голодных долгих года. Зимой было трудней всего, чай заваривали из ольховых шишек, в зерно добавляли сушеную траву, замешивали на воде тесто и пекли скудные лепешки…

Рядом с семейным домом был сад. Одна яблонька росла у калитки. Мама Прасковьи стала замечать немца, который часто сидел под деревом. Испуганная, мать осторожно наблюдала за солдатом. Оказалось, тот положил глаз на Нюру — третью сестру Прасковьи.

– Она и вправду у нас была красавица, – рассказывает прабабушка, — большеглазая, статная, волосы до пояса. Настоящая барышня!

Мама поняла: немец от дочери просто так не отстанет. Нужно было срочно что-то делать. Выход был один — увезти «барышню» из деревни. Но как? Немцы круглосуточно патрулировали местность и забирали тех, кто нарушал комендантский час. Бежать решили утром, когда патрульных одолевал сон.

— Наспех собрали необходимые вещи и на рассвете двинулись в лес, где жила наша тетя. Как только вышли на улицу, то сразу увидели полицаев. Попасть к ним — всё равно, что к немцам. Пришлось упасть в снег всем телом. Лицо жгло. Руки и ноги окоченели. Приходилось терпеть, а иначе – смерть.

Больше двух часов они пролежали в снегу. Наконец, удача улыбнулась – улица опустела. Добежав до леса, присели отдохнуть. И тут…

Позже мать вспоминала, как испугалась, когда увидела людей в белом, которые лежали, зарывшись в снег. Десятки глаз смотрели на селян с удивлением, и когда те уже хотели было закричать, одно из «привидений» приложило палец к губам. Поняв, что свои, мать и дочь отправились дальше.

Оказалось, что в окрестностях действовал партизанский отряд, следивший за действиями противника и охранявший местных жителей. К партизанам уводили молодых парней и девушек, которых должны были отправить в Германию.

До тетки добрались благополучно. Оставив дочь в безопасности, мама вернулась в деревню.

— Мой дядя, Долгих Михаил Павлович, тоже был партизаном, — вспоминает прабабушка. – Когда узнал, что немцы хотят отправить его в Германию, ночью тайком убежал в лес. Там наткнулся на «лесных братьев» и решил остаться у них.

Михаил отлично зарекомендовал себя и начал получать задания. Надевал маскировочную одежду и днем прятался в огороде или в картофельной куче, а ночью незаметно подкрадывался к домам, где были немцы, и поджигал их. Однажды Миша, не дождавшись, пока сгорит дом, решил вернуться в лес, но не успел. Фашисты заметили бежавшую фигуру и открыли стрельбу. Он побежал на озеро и спрятался в камышах, нырнул под воду. Враги долго прочёсывали территорию, и Мише пришлось туго: не хватало воздуха. Наконец, не добившись результата, немцы отправились домой. Но всё-таки один оказался настырным и решил довести дело до конца. Он отстал от своих, спрыгнул с лошади и продолжил поиски пешком. Дядя Миша не растерялся и со спины ударил неприятеля палкой по голове. Сняв одежду с немца и натянув ее на себя, партизан поскакал вдогонку за остальными, чтобы те сразу не обнаружили подмены. Оглядываясь, они видели, что за ними следует мужчина в немецкой форме, поэтому спокойно продолжали путь в деревню. Хитрость удалась, и дядя развернул коня и помчался к партизанам…

Всю войну Миша прошел целым и невредимым, но уже перед самой победой получил осколочное ранение. Однако выжил — был в госпитале, а потом вернулся домой. Осколок так и не извлекли из тела солдата — с ним после войны он прожил еще шестьдесят лет…

Дарья ЛОГАЧЕВА
Фото автора. На фото Прасковья Павловна (справа) с дочерью Марией

0 комментариев