18 Сентября, Суббота, 08:39, Воронеж

В Никитинской библиотеке попытались пробудить интерес студентов к НЭПу

23 марта в Воронежской областной научной библиотеке имени И.С. Никитина любители истории и краеведения поговорили о культурной жизни Центрального Черноземья в 1920-е годы.


Участники конференции: филологи, педагоги, краеведы и даже немногие студенты воронежских вузов, — обсудили большое количество тем, связанных с разными сферами жизни центрального Черноземья. Спикеры поговорили о таких вещах, как образование, наука, СМИ, культурное просвещение, художественная культура, литературная жизнь и другие. Дата проведения конференции была выбрана неслучайно — она напрямую связана с сотой годовщиной введения НЭПа (Новая экономическая политика) в СССР. Цель конференции, по словам организаторов, пробудить интерес слушателей к проблемам советской культуры в воронежском регионе.



«Сталин понял, что школу надо менять...»

Первым выступил кандидат исторических наук, директор Музея истории развития образования Воронежской области Юрий ПЫЛЬНЕВ, который рассказал о роли школьного образования в годы НЭПа:

— Это время ознаменовано поиском новых путей и в воспитательном, и в учебном процессе.

Юрий Валентинович осветил проблему школьного образования, говоря о том, что политика НЭПа оказала на него неоднозначное влияние. Он назвал период 1920-х годов «временем бесконечных экспериментов в области образования».

— Единая трудовая школа стала одной из первых жертв НЭПа. Государство оказалось не в состоянии содержать учебные учреждения за свой счёт, из-за чего школьная сеть стала сокращаться, — ссылается Юрий ПЫЛЬНЕВ на научную работу доктора исторических наук Татьяны Филоненко, — проблемы с финансированием и отсутствие поддержки со стороны государства поспособствовали сильному упадку школьного образования не только в Воронежской губернии, но и во всей стране. Все делали для того, чтобы не было среднего образования. Из-за всех этих методов у учителей просто голова кругом шла… — говорит историк, — некому было поступать в ВУЗы, так как все заканчивали школу, уходили в колледжи и сразу шли работать. Не было ни техников, ни инженеров, специалистов приходилось приглашать из США. И вот тогда Сталин понял, что школу надо менять… В 1934-1935 годы советское образование стало таким, каким многие из нас его знают, — подытожил своё выступление Юрий Валентинович.



Украинизация

Далее слово предоставили кандидату исторических наук, старшему научному сотруднику Центра истории народов России и межэтнических отношений Института российской истории Константину Дроздову. Темой его выступления стала политика украинизации в 1920-1930 годы.

— Район центрального Черноземья в 20-е годы был «полем экспериментов», потому что до революции не было украинских школ и различных культурных учреждений. Именно в это время появились новые школы, которые функционировали на украинском языке, — говорит Константин Сергеевич, — важнейшим моментом стало развитие языка и культуры в период новой экономической политики. Уже во второй половине 20-х годов появились первые украинские газеты и радиопередачи, фильмы с субтитрами. А в начале 1930-х открылись и вузы, и библиотеки. У создания украинских школ было несколько препятствий: не было носителей украинского языка, не хватало литературы и самое главное — само население уже считало своим родным языком русский. Произошла смена национальной идентичности, — завершил своё выступление спикер.



«Одна дурацкая любовь»

От темы развития образования участники конференции плавно перешли к литературе. В 1922-м году в Воронеже вышла небольшая повесть малоизвестного писателя, публициста Михаила Бахметьева под названием «Одна дурацкая любовь». О ней рассказал кандидат филологических наук, писатель, литературовед и библиофил Олег Ласунский. Впервые «Одну дурацкую любовь» опубликовали в альманахе «Зори». Позже эта небольшая повесть выходит и отдельным изданием.

— Эта книга представляет собой довольно любопытный памятник культурной жизни того времени, — начал своё выступление Олег Григорьевич, — но нельзя воспринимать и понимать это произведение вне общественного фона, вне контекста. Так, повесть будет неинтересна сама по себе, так как там нет внешнего действия. Включая её в цепь тех произведений, которые выходили в то время, мы смотрим на контекст любовной темы после революции с разрушением всех канонов семейного быта. Книга заявляла очень оригинальные и весьма любопытные вещи. Написана повесть от первого лица, Сергея, который мыслит в соответствии с эпохой, в которой живет. Герой размышляет об отношениях между женщиной и мужчиной: что есть любовь и как может завершиться развитие отношений. Никому неизвестная в то время повесть отлично отразила размышления о любови и семье, — подвёл итог писатель.



После каждого выступления спикеров давалось время для обсуждения докладов, где каждый мог высказать своё мнение по любому вопросу. Конференцию посетило около 40 человек, причём часть в онлайн-режиме.

Алина МАЛЬЦЕВА
Фото и видео Маргариты САЛАХОВОЙ

0 комментариев