Добрый день, дорогие читатели! Весна продолжается, а вместе с ней — и наша еженедельная рубрика «Пере©дача историй». Сегодняшняя байка — из тех, что в учебных мастерских потом вспоминают годами. Иногда один эксперимент первокурсника может стать легендой всего кабинета.
История произошла на второй паре по материаловедению у одной из групп первого курса Воронежского техникума моды и дизайна. Стоял промозглый октябрь: за окнами моросил дождь, а в кабинете пахло разогретой тканью, мелом и старыми утюгами, которые студентам выдали для отработки навыков.
Тема занятия была простой — работа с дублерином.
Преподаватель терпеливо объясняла технику работы, время от времени поглядывая на студентов поверх очков.
— Дублерин — это прокладочный материал с клеевым покрытием, — нудно, но доходчиво говорила она. — Клеевой слой находится с матовой, шероховатой стороны. Именно этой стороной он прикладывается к изнанке ткани. Сверху — проутюжильник, пар, и никуда ваша деталь не денется.
Аудитория отвечала привычным гулом: студенты перешептывались, перебирали лоскуты, пробовали прикладывать образцы.
За первым столом, прямо перед преподавателем, сидела одна из студенток — тихая, старательная, но, как позже скажут одногруппники, «со своим уникальным взглядом на физику процессов».
Пока студенты методично следовали инструкции, девушка сосредоточенно изучала свой кусочек дублерина и тяжелый старый утюг, доставшийся ей. Этот утюг в кабинете знали все: он регулярно перегревался, норовил обжечь пальцы и вообще отличался характером. Преподаватели старались давать его самым усидчивым студентам — в надежде, что те справятся с его капризами.
Видимо, девушка отвлеклась и не заметила, что делает что-то не так, либо неправильно поняла преподавателя. Но руки уже начали работать.
Она положила на стол лоскут основной ткани. Сверху водрузила дублерин — но развернула его блестящей стороной вверх, а матовую, клейкую, уверенно подставила под подошву раскалённого утюга. С видом человека, который вот-вот на отлично справится с заданием, она прижала утюг к образцу. Раздался характерный звук — не шипение, а скорее «чвак». Запахло нагретым синтетическим клеем.
Студентка попыталась сдвинуть утюг в сторону, чтобы прогладить образец по направлению. Но утюг не поддался. Она дернула сильнее.
Ткань держалась намертво.
Тихий возглас удивления привлек внимание соседей. Девушка резко потянула утюг на себя — и вместе с ним от стола поднялся лоскут ткани, к которому припаялся дублерин. Теперь вся эта конструкция напоминала странный бесполезный «язык», приросший к подошве утюга.
Соседка по парте, которая как раз безуспешно боролась со своим холодным утюгом и у которой ткань не клеилась вообще, смотрела на происходящее с ужасом и восхищением.
Преподаватель, проходившая между рядами, остановилась как вкопанная.
На первом курсе обычно случается всякое: путают нитки, ломают иглы, режут не по той линии. Но чтобы ткань приварили к утюгу — такого она не припоминала за все годы работы.
В аудитории повисла звенящая тишина. Слышно было только жужжание люминесцентных ламп.
Преподаватель глубоко вздохнула, собираясь начать воспитательную речь, но тут вмешался случай.
— Дымом пахнет? — вдруг спросил кто-то с задней парты.
И правда: по кабинету поплыл тонкий едкий запах гари. Все уткнулись в свои столы, проверяя образцы, но источник находился прямо перед преподавательским столом.
Первокурсница в панике поставила утюг на подставку — и забыла его выключить. Приклеенный лоскут продолжал лежать на раскалённой подошве и постепенно тлел. Синтетические волокна дублерина начали плавиться и дымить.
— Розетку выдерни! — крикнул кто-то.
Но девушка стояла как вкопанная.
И в этот момент дверь в кабинет приоткрылась. В проёме появилась голова старшекурсника, которого, видимо, привлёк запах или просто занесло мимо. Он быстро окинул взглядом картину: застывшая преподаватель, притихшая группа и девушка с дымящимся утюгом.
— У вас там пожар, или как? — лениво поинтересовался он.
Преподаватель мгновенно утратила свою обычную медлительность и рванула к столу.
— А ну закрыл дверь!
Старшекурсник исчез так же быстро, как появился. Но прежде чем дверь захлопнулась, все услышали его удаляющееся бормотание:
— Ни фига себе у них первый курс…
Преподаватель выдернула вилку из розетки. Утюг погас, но ещё несколько секунд над почерневшим лоскутом вился дымок. В кабинете устойчиво пахло палёным.
— Жива? — резко спросила она студентку.
Та только кивнула, еле сдерживая слёзы.
Преподаватель обвела взглядом притихшую аудиторию.
— Утюги, — сказала она, — надо выключать. Всегда. Даже если к ним приклеилось не то, что вы планировали.
Она сделала паузу и многозначительно добавила:
— И слушать то, что я говорю на лекциях, — тоже всегда.
Остаток пары прошёл в нервной тишине. Испорченный утюг с обгоревшим «украшением» на подошве унесли в подсобку и поставили на самую верхнюю полку.
Говорят, ещё несколько лет он стоял там как своеобразный экспонат. Имени той студентки уже никто толком не помнил — зато историю помнили все. Как классический пример того, что иногда оригинальная логика первокурсника способна победить любую технологию.
Дарья ИВИНА
Логотип: Елизавета ЗАХАРОВА, Софья ЩЕКИНА
0 комментариев